ПОСЛЕСЛОВИЕ К КНИГЕ «КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ШЫНГЫЗ ХАНА»

Это важнейшие письменные памятники эпохи Средневековья, которые со времени своего создания (600–700 лет назад) при переводе на русский и другие языки в XIX–XX веках претерпели множество трактовок и интерпретаций, но при этом еще искажались и видоизменялись наименования родовых племен, названия мест их проживания.
Авторы этих памятников оставили после себя письменные свидетельства об истории тюркских народов и Шынгыз хана. В этих уникальных древних памятниках, как в зеркале, отражается прошлое тюркских народов, их культура и язык, порой закрытое для посторонних глаз в силу неточности трактовок реальных исторических событий и фактов, а также возникшие в результате заблуждений исследователей-интерпретаторов и наличия в текстах вариантов как в написании имен собственных, так и в написании географических объектов. Новое прочтение письменных памятников всегда вызывает большой интерес у современников, ищущих ответы на свои вопросы, а имеющиеся в средневековых источниках сведения привлекают внимание как исследователей, так и просто читателей, жаждущих узнать неизвестное об известном. И это вдохновило автора данных строк обратиться к уникальным источникам, сопроводив его своими комментариями. Каждый творческий человек, обращающийся к прочтению памятников Средневековья, пытается осмыслить историю своего народа, увидеть новые ракурсы, высказать свое суждение. Мне, как политологу и человеку, неравнодушному к истории своего рода и своей страны хотелось бы довести до своих читателей отдельные фрагменты из вышеназванных письменных источников, сопроводив их своими комментариями, размышлениями. Основываясь на письменной фиксации исторических событий и наглядной демонстрации в виде географических карт, где запечатлен прекрасный ономастический восточный ландшафт, мы обращаем внимание на скрытые от глаз читателей, но вместе с тем реальные события, описанные в древних источниках.
Нам вместе с Зарипбаем Оразбаем при переводе книг «Жамиг ат-тауарих» (2018 г.) и «Зафар нама» (2019 г.) с персидского на казахский язык удалось исправить допущенные искажения, а также восстановить подлинные названия этнонимов, антропонимов, топонимов, которые имелись в подлинниках книг Рашид ад-дина и Шараф ­ад-дина Йазди.
Внимательное прочтение указанных древних рукописей и составление комментариев с позиций современной казахстанской науки дают возможность раскрыть многие важные теоретико-исторические вопросы, связанные с личностью Шынгыз хана: кто были его предки, к какому племени они принадлежали, их родословная, язык, вера, места жительства, какие племена жили с ними по соседству, границы их обитания, где на самом деле Шынгыз хан родился, в каких условиях происходило его становление, сколько у него было жен и детей, где находились его ставка и столица империи, как он распределил завоеванные земли и страны между своими сыновьями, в каких местах находились их ставки и ­столицы и т. д.
В связи с этим в рамках этого научного труда мы представим в сжатом виде, тезисно, 41 положение, которые обобщают наше исследование. Они включают в себя дословное цитирование ключевых моментов книг «Жамиг ат-тауарих» и «Зафар нама», а также наш авторский комментарий к экспликациям из средневековых памятников.
1. Один из трех сыновей пророка Нуха (а. с.) по имени Яфас, его также называют Абулжа ханом, отцом всех тюрков, после потопа отправился на восток и обосновался у подножия высоких гор Уртак и Куртак. Он вел кочевой образ жизни вблизи нынешних городов Тараз и Сайрам, имел постоянные зимовки на территориях, именуемых Борсык, Какиян, Каракурум. Своих потомков Яфас отправил на север, северо-восток и северо-запад. Потомков сына Яфаса по имени Турк стали называть турками, а места их проживания – Туркестаном. Он стал их первым ханом, внедрил институты государственного управления и ханскую структуру в Туркестане. Все народы мира тюркского происхождения ­считаются его потомками [«Жамиг ­ат-тауарих», 47; «Зафар нама», 41–44].
Названия гор Уртак (в настоящее время – Таласский Алатау) и Куртак (в настоящее время – Каратау), упомянутые в средневековых памятниках, сохранились на старинных картах: «Карта Киргизской степи и Туркестанского военного округа» (Санкт-Петербург, 1866); «Карта Центральной Азии» (Атлас Андреаса. Германия, 1898). По нашему мнению, картографические данные играют важную роль в понимании истории возникновения тюркских племен на территории современного Казахстана (с вышеперечисленными и другими картами, которые приводятся ниже, можно ознакомиться в разделе «Книги» на сайте bekasyl.kz). Кроме того, они могут подтверждать достоверность древней легенды казахского народа о том, что жизнь человечества после потопа началась с горы Казыгурт, которая находится в Туркестанской области Казахстана. Согласно легенде, Туркестан – это прародина тюрков и благословенная земля для всех тюркских народов. Тюрки, как известно, относятся к числу древнейших народов мира (они появились более 5 000 лет назад).
2. Государство, созданное Мугулом (потомком Турка в пятом колене), получило название «Мугулстан» [«Зафар нама», 41–45].
Ханское1 правление передавалось по наследству (Турк – Алынжа – Дип Жакый (Дебакуй) – Гук – Алынжа хан – Мугул хан – Кара хан – Огыз хан). У Алынжа хана были сыновья близнецы Татар и Мугул, со временем их имена стали именами татарских и мугулских племен. Из татарской ветви произошли восемь правителей, из мугулской – девять.
3. Кара хан (сын Мугула), вступивший на престол (после своего) отца, также обосновался в местности Каракурум в регионе Уртак и Куртак. У него было четверо сыновей: Ор хан, Коз (Көз) хан, Кор (Көр) и Огыз хан [«Зафар нама», 46].
4. Огыз хан принял веру в Аллаха, боролся за улус и армию. В итоге он побеждает и занимает территорию от Таласа и Сайрама до Бухары. Родственники (двоюродные братья, племянники и др.), которые не примкнули к Огызу, поселились восточнее ставки Огыза, т. е. на востоке Таласа (Огыз жил в XVIII веке до нашей эры. О нем пойдет речь ниже). Родным братьям и другим родственникам, присоединившимся к нему, Огыз дал родовые названия: «уйгур» (означает «объединение, оказание помощи»), «канлы», «кыпшак», «карлык», «калаш», «агаш ери». Эти названия впоследствии станут наименованиями тюркских племен [«Зафар нама», 49, 50, 51; «Жамиг ат-тауарих», 49, 51–54].
5. Народы, сформировавшиеся до Огызского периода, двоюродные братья Ор хан, Коз [Көз] хан, Кор [Көр] хан, не примкнувшие к нему, а также общины, происходящие от его братьев и их детей, делятся на две ветви.
Первая ветвь: жалайыр, сунит, татар, меркит, курлеуит, тулас, тумат, булагашын, керемушын, урасут, тамгалык, таргут, ойрат, баркут, коры, толенгит, кустемай, орман уранкай, куркан и сукайыт. О происхождении этих родов ничего неизвестно из-за их древнего происхождения.
Вторая ветвь: народы, получившие в эпоху Шынгыз хана имя мугулов. Ранее у них были свои государства. Это кереиты, найманы, унгуты, тангуты, бекирины, кыргызы. Об этих племенах все подробно известно [«Жамиг ат-тауарих», 41–43].
6. Огыз приобщает подвластные ему народы к вере Аллаха, воюет с противниками семьдесят пять лет. Общины, которых Огыз изгоняет с собственных территорий, уходят в регионы, находящиеся на востоке основанного Огыз ханом государства. Им помогает татарский царь. Огыз хан, преследуя их, доходит до территории Китая. В результате он подчиняет все тюркские и мугулские общины и племена, обитавшие в тех регионах. Огыз посылает своего приемного сына Кыпшака и подчиненных ему людей в центр велаята ит-бараков (вблизи местности Мамак), которые подняли восстание на западе. Основной целью их похода было желание укрепиться и обосноваться на этих территориях. С тех пор в тех местах находились пастбища и зимовки кыпшаков. С XV века современная территория Казахстана и граничащие с ним некоторые регионы стали называться общим названием Дешт-и-Кыпшак. А уйгурским племенам Огыз поручает защищать границы государства (от китайских племен) до тех пор, пока он (Огыз) не возвратится с походов.
Таким образом, с тех времен вышеупомянутые племена и общины обосновались в тех местах, разделились на различные ветви и размножились [«Зафар нама», 49–50].
7. Огыз подчиняет себе Иран, Сирию, Египет, Рим, германские племена (афранж) и другие страны. Затем возвращается в свои исконные родовые земли, которые находятся вблизи гор Уртак и Куртак [«Жамиг ­ат-тауарих», 55].
8. У Огыза были сыновья: Кун (Солнце), Ай (Луна), Жулдыз (Звезда), Кок (Небо), Тау (Гора) и Тениз (Море). Первым трем имя дал Бозок, остальным – Ушок. От шести сыновей Огыза родились 24 внука. Их имена и прозвища впоследствии стали именами, лозунгами племен, происходящих от их бесчисленных ветвей.
Для каждого внука Огыз определил должность, положение, имя и прозвище, знаки и тамги (чтобы между ними не возникали раздоры и междоусобицы), а также диких зверей и животных в качестве тотема (ункуна). С тех времен эти звери и животные для потомков Огыза являются священными, они не едят мяса этих животных и стараются никогда не наносить им какого-либо вреда [«Зафар нама», 52–53; «Жамиг ат-тауарих», 56–58].
9. В каждую следующую эпоху из 24 ветвей появлялся один могущественный царь, и его династия долгое время находилась у власти. Так, много лет государством правила династия Салура (сына Кок хана). Затем государство переходит к династии Аймура (тоже потомок Кок хана). Предки и султаны династии Сельджуков, царствовавшие в регионах Турана и Ирана почти 400 лет и правившие народами, обитавшими на территории от отдаленных районов Египта до китайской границы, произошли из ветви сына Тениз хана Кыныка [«Жамиг ат-тауарих», 62].
10. После смерти Огыза трон переходит к его сыну Кун хану, от него – к Ай хану, затем – к Жулдыз хану, и далее – Менли хану (он, возможно, являлся внуком Огыза), Тениз хану и к Ел хану. Ел хан сражается с войсками Тура, тогдашнего царя Туркестана и Мавреннахра, и его союзника – татарского царя Сайунж хана.
В той войне остаются в живых только сын Ел хана – Киян, а также сын его дяди по имени Нукуз и их законные жены. Эти события произошли через тысячу лет после смерти Огыз хана [«Зафар нама», 49–56].
В «Жамиг ат-тауарих» сказано об этом так: «В древние времена, приблизительно две тысячи лет назад, произошедшее между родом мугул и другими тюркскими племенами разногласие привело к войне, которая завершилась поражением мугулов. Кроме двух мужчин и двух женщин никто не выжил» [148].
Книга «Жамиг ат-тауарих», как известно, написана в 1300–1316 годах. То, что произошло 2000 лет назад до этого, соответствует VIII в. до н. э. А Огыз умер за тысячу лет до этого. Значит, Огыз жил в XVIII веке до нашей эры.
11. Все роды мугулов (слово «мугул» обозначает «мұң ұл», т. е. «мұңлы бейшара», «грустная бедняжка», «приветливый, добродушный, скромный») восходят к предкам – Кияну и Нукузу, которые (в VIII в. до н. э.) вместе с женами спаслись в глубоком ущелье Ергене кон («кон» означает «подножие горы», а «Ергене» – «вертикальный», т. е. подножие вертикальной горы), в течение последующих четырехсот лет число их умножилось (а вышли оттуда в IV в. до н. э.), и все они жили и обитали в тех краях [«Жамиг ат-тауарих», 43].
Оттуда они возвращаются на свою прародину [в мугулский край] и заново завоевывают когда-то принадлежавшие их предкам земли, где обосновались татары и другие племена [«Зафар нама», 57].
Местность под названием Ергене кон мы нашли на «Карте Российской империи и Великой Татарии» Ф. Л. Гюссфельда (Нюрнберг, 1786)2. Ергене кон находится на левом берегу реки Или (Land Orqanum oд. Irqana Kon). Эту бесценную карту по нашей просьбе разыскал в Германии и доставил известный меценат, основатель агрофирмы «Родина», Герой труда Республики Казахстан Сауэр Иван Адамович.
По нашему мнению, Ергене кон – это нынешнее Шарынское (вариант: Чарынское) ущелье в Алматинской области Казахстана, которое полностью соответствует описаниям Ергене кона, данным в книге «Жамиг ат-тауарих». Шарынское ущелье имеет длину 154 км и ширину до 3 км, его растительный и животный мир очень богат и вполне приемлем для жизни людей.
Обнаруженный в ходе археологических раскопок Иссыкского кургана в Алматинской области в 1968 году «Золотой человек» принадлежит именно вышеуказанным мугулским родам.
12. «Мугулы, выходцы из Ергене кона, со временем разделились на две группы.
Первая группа (мугулы-дурликкены) – племена, происходившие от потомков Кияна и Нукуза: нукуз, уранкай, конырат, келенгит, кунжун, ушин, сулдус, елдуркин, уранауыт, конкотан, арулат, екерес, олкунут, коралас, елжиген, кунлеут, баяуыт и гинжит.
Вторая группа – эти общины происходят от потомков трех сыновей (Букун Катаки, Букату Салжу, Бодонжар), которые появились после смерти Дубун Баяна от чистых (непорочных) чресл его жены Алан Куа. Эти общины состоят из двух ветвей:
Нируун: катаган, салжуыт, тайжуыт, хуртиган, сижуыт, шинас – их еще называют нукузом, нуякын, дурбен, барын, барлас, хадаркин, журият, будат, дукулат, бисут, сукан и кункайыт.
Эти племена, исходя из приведенных в «Жамиг ат-тауарих» данных, появились только в VII в. нашей эры, т. е. после того, как руководимые Борте шиной племена обосновались в Бурхан Калдуне.
Харуун: они называются также киятами. Это возрожденное название племени Кият, которое берет начало от Кабыл хана, третьего деда Шынгыз хана, и только его потомки считаются киятами. Их состав: журкын, жаншыуыт (шаншыгут), кият-жасар и кият-боржиген, что означает «голубоглазый человек». Ветвь Кият-боржиген берет свое начало от отца Шынгыз хана» [«Жамиг ат-тауарих», 44].
С течением времени вышеперечисленные мугулы-дурликены, нирруны и харунны разделились на многочисленные роды, [да и] во всякую эпоху из каждой ветви возникали [новые] ветви, и каждая по определенной причине и поводу получила свое имя и прозвище.
По нашему мнению, большая часть казахских родов, которые в настоящее время входят в состав казахского народа, происходят от них. Как известно, все они говорят на одном языке. Некоторые племена и роды, которые приведены в «Жамиг ат-тауарих», такие как конырат, уйсин, коралас, барлас, дулат, катаган, мангыт сохранили свои названия до нынешних времен. К ним также можно отнести и такие тюркские племена, о происхождении которых ничего неизвестно (жалайыры, татары, ойраты, толенгиты) из-за их древнего происхождения, а также имевшие ранее свою государственность племена, такие как керейты, найманы, кыргызы, уйгуры, канлы, кыпшаки и карлыки. Названия же многих тюркских и мугулских племен, к сожалению, со временем были забыты из-за появления у них новых ветвей, имен и прозвищ, а также других причин (агашери, калаш, меркит, курлеуит, баркут, коры, тулас, тумат, булугашин, керемучин, урасут, танлакут, кустемай, орман уранкай, куркан, сукайыт, унгут, тангут, бекрин, уранкай, сулдус, елдуркин, баяуыт, гинжит, салжуыт, тайжуыт, уртиген, сижуыт, шинас, нуякын, урут, дурбен, барын, хадаркин, журиат, будат, бисут, сукан и кинкият).
Здесь мы хотели бы предупредить, чтобы читатель не расстраивался из-за того, что он не нашел название своего или какого-либо другого рода в списке тех племен и родов, в перечне средневекового памятника – «Жамих ат-тауарих». Для этого требуется тщательное изучение происхождения всех нынешних казахских родов и сравнение данных с другими источниками, что возможно в перспективе. Например, в «Жамиг ат-тауарих» нет конкретных данных о происхождении нынешних казахских родов, таких как аргын, байулы и жеты ру. Некоторые историки (Тлеуберди Абенай и другие) считают, что род аргынов происходит от мугулского племени арулат, а 12 крупных казахских родов в Западном Казахстане – от мугулского племени баяуыт. Род жеты ру – состоит из семи родов, о чем свидетельствует само название этого рода.
13. В «Жамиг ат-тауарих» неоднократно указано, что все вышеперечисленные мугулские роды относятся к тюркам, места их расселения и кочевок граничат между собой, территория каждого племени четко разграничена. Их внешний вид, языки и говоры близки друг другу.
«Места их обитания (в те времена) простирались от границ Уйгурского велаята до границ Китая и Журши, в так называемом велаяте Мугулстан» [147].
О местах обитания мугулов и подробные сведения о них изложены в соответствующих разделах книги об этих родах. Следует отметить, что в памятнике «Жамиг ат-тауарих» и в других средневековых книгах на арабском, персидском и шагатайском языках слово «монгол» вообще не встречается. По нашему мнению, этот термин появился только в XIX веке в результате искажения слово «мугул» при переводе книги с персидского на другие языки, неправильного прочтения и транскрипции старинных письменных трудов на персидском языке, а также из-за имеющихся особенностей в написании тюркских слов на парси. В указанных книгах также не встречаются такие названия племен, как «сарматы», «саки», «хунны», «гунны» и другие.
14. От Борте шины, который был главой нескольких родов, вышедших из Ергене кона, появились на свет Баташы и Тамаш; от Тамаша родился Курышар, от него – Аужам Боригул, далее – Жеке Нидун – Сим сушы – Каржу – Дубун Баян.
«Их журт – места постоянной стоянки – находились в поймах рек Унан, Килуран и Тугла, которые берут свое начало с гор Бурхан Калдун» [«Жамиг ат-тауарих», 219].
Из книги «Зафар нама» нам стало известно: «Кайду и Нашын, после тех событий с участием жалайыров (см. пункт 17 – Е. И.), обосновались на берегу реки Иртыш, начали жить благополучно и не подвергались опасности. Затем Кайду сел на трон отца, перевез свою ставку в лощину под названием «Жаралем» на берегу реки Иртыш, оттуда начал управлять государством» [«Зафар нама», 63].
На основании этого нами было сделано предположение о том, что реки Унан, Килуран и Тугла и горы Бурхан Калдун должны находиться где-то поблизости от реки Иртыш. Впрочем, этому есть документальное подтверждение (см. главу о горе Бурхан Калдун в «Жамиг ат-тауарих», 155).
15. У вышеназванного Дубун Баяна была жена по имени Алан Куа из рода коралас. От их сыновей Билгенетая и Богенетая происходят два мугулских рода. После смерти мужа у нее появляются еще три сына – Букун Катаки, Букату Салджи и Бодонжар, зачатые от святых лучей. От этих сыновей Алан Куа происходят многие ответвления и роды [«Жамиг ат-тауарих», 221]. Генеалогия всех родов, происходящих от Алан Куа, ясна и достоверна, так как мугулы учили своих детей сызмальства тому, чтобы они знали свое происхождение наизусть [«Жамиг ­ат-тауарих», 221].
16. Династии, начинающейся с Алан Куа, куда восходит родословная Шынгыз хана, около 400 лет, потому что по содержанию исторических сведений, (сохранившихся) в (ханских) казнах и ставших известными из рассказов повидавших жизнь мудрецов, она существовала в первые периоды халифата династии Аббасидов и в эпоху Саманидского государства и до сих пор есть [«Жамиг ат-тауарих», 216, 221].
Как известно, правление династии Аббасидов началось в 750 году. Шынгыз хан родился в 1155 году. Если учесть, что в среднем каждое поколение появляется на свет раз в 28 лет, то получается: династия Алан Куа начинается с 755 года (1155 – 400 = 755). А ее муж Дубун Баян является потомком Борте шины в седьмом колене, т. е. Борте шина родился в 559 году (755 – 28 x 7 = 559). И на момент прибытия в Бурхан Калдун (603 год) Борте шина был примерно в 44-летнем возрасте. Как нам представляется, основная причина переселения возглавляемых Борте шиной родов в Бурхан Калдун в Южном Алтае связана с распадом Тюркского каганата (603 год) и образованием в другой части Алтая Восточно-Тюркского каганата. Из этого можно сделать вывод, что прародитель Шынгыз хана Борте шина («Борте» – имя человека, «шина» указывает на род) произошел от племени ашина, основавшего Восточно-Тюркский каганат. Название этого племени хорошо известно ученым всего мира в связи с дешифровкой орхоно-енисейских надписей датским лингвистом Вильгельмом Томсеном3 в 1893 году.
17. У внука Бодонжар хана (младшего сына Алан Куа) по имени Дутум Манин было девять сыновей. После смерти Дутум Манин хана его жена по имени Нумулун вместе с девятью сыновьями обитала у подножия горы Каратау (нынешняя гора Карашокы в Тарбагатайском районе области Абай (ранее Восточно-Казахстанской) – Mons Kara Nudun. Эту гору можно увидеть на картах К. Риттера «Русский Алтай» и Ф. И. Страленберга «Верхнее Приобье и Прииртышье». 1730), вела кочевой образ жизни. Там Нумулун и ее восемь детей из девяти были убиты. Из них остался в живых только один – Кайду, а также его двоюродный брат по отцу Нашын [«Жамиг ­ат-тауарих», 229–231].
18. Вскоре после этого события Кайду хан восседает на ханском троне своего отца, перевозит свою орду на ложбинку под названием «Жаралем» у реки Иртыш и оттуда приступает к управлению государством.
«Там родились три его сына (Байсынкур, Шарака линкум, Жаушын), выросло потомство, появилось бесчисленное множество табунов и стад» [«Зафар нама», 63].
19. После Кайду хана на престол взошел его сын Байсынкур хан, который в свою очередь передал правление сыну Тумбине хану.
У Тумбине хана было девять сыновей: от первой жены – пятеро (Жаксу, Барин, Кажулы, Сим Кашыйын, Бат килугай); от второй – четверо (Кабыл хан, Одыр Баян, Бодонжар, Есутай). Родословная Шынгыз хана восходит к указанному выше Кабыл хану, который является его прадедом. А род дулатов берет свое начало от Бодонжара [«Жамиг ат-тауарих», 245–246].
По данным автора «Зафар нама», у Тумбине (Тумина) хана были две жены, от одной из них появились на свет семеро детей. От второй жены – сыновья-близнецы. Один из двух сыновей-близнецов Тумбине хана по имени Кабыл хан – прадед Шынгыз хана, а другой – Кажулы является восьмым предком Амира Тимура.
Однажды ночью Кажулы увидел сон. В последующем подобные сны он увидел трижды. Разбираясь в подробностях этих снов, Тумбине хан сделал конкретные выводы: ханский трон будет принадлежать Кабыл хану и его потомкам, а руководство войсками – Кажулы и его потомкам. Об этом он поделился со своими сыновьями Кабыл ханом и Кажулы, которые тут же дали клятву друг другу: «Отныне Ханский (царский) трон принадлежит Кабыл хану, а меч (руководство войсками) и обязанности амира передаются Кажулы».
И они (Кабыл хан и Кажулы) договорились завещать своим детям этот (клятвенный) путь для того, чтобы они придерживались его от поколения к поколению4.
Об этом написали уйгурским письмом5, его оба подписали. После этого их отец тоже поставил свою тамгу, сдал (это письмо) в ханскую казну. Затем, когда настало время Тумбине хану уйти в последний путь, Кабыл хан сел на (его) трон. А Кажулы стал его союзником и единомышленником [«Зафар нама», 64–66].
20. От Кабыл хана ханство переходит к его сыну Кутла хану, от него еще другому сыну Кабыл хана, Бартану бахадуру, от него – Жесугей бахадуру, отцу Шынгыз хана [«Жамиг ат-тауарих», 64].
Из всех войн и сражений Жесугей бахадура многие были с татарскими родами, которые в ту эпоху были самыми известными и самыми многочисленными по численности войск из тюркских племен.
В одной из таких битв Жесугей убивает правителей татар Тимужин Уга (Теміршың Уга) и Коры Бука. Когда он вернулся с войны, у него родился первенец. Это событие сочли благодатным знаком, и сыну дали имя Тимужин (Теміршың).
Когда Жеcугей умер, его сыну Тимужину (Теміршың) было всего тринадцать лет [«Жамиг ат-тауарих», 284].
21. Тимужин (Теміршың) родился в местности Булук Булдак, в низовьях реки Унан. Оттуда до горы Бурхан Калдун можно добраться за шесть дней [«Жамиг ­ат-тауарих», 541].
Местность Булук Булдак мы нашли на картах С. У. Ремезова «Каменная степь» и «Чертежная книга Сибири» (1701 год). Расстояние от места впадения Унана (Бухтармы) в Иртыш до самой восточной части Бурхан Калдуна (озера Бухтарма) составляет 406 км (с учетом многочисленных извилин реки), то есть, действительно, занимает около шести дней на коне.
В юности Тимужин (Теміршың) пережил много трудностей, вел непрерывные войны [«Жамиг ат-тауарих», 294–297].
У каждой из этих войн имелись объективные причины, об этом указано в предыдущих разделах этой книги [«Жамиг ат-тауарих», 220–224].
К пятидесяти одному году Тимужин (Теміршың) подчинил себе все племена и сел на ханский престол; за ним закрепилось прозвище Шынгыз хан, что означает «сильный и великий царь» [«Жамиг ат-тауарих», 275, 421].
До Шынгыз хана никогда не было великого и могущественного царя, который бы управлял всеми тюркскими племенами, всеми происходящими от них мугулскими ветвями, так как у каждого племени были свои правители и амиры, которые в течение многих лет сражались, ссорились и воевали друг с другом.
Он уничтожил своим могуществом большинство непокорных народов.
Он сделал мир одним государством, а его обитателей единомышленниками.
«…чтобы они знали свое происхождение наизусть» [«Жамиг ат-тауарих», 215, 221, 294–298] 22. Созданное Шынгыз ханом государство было самой могущественной империей за всю историю человечества. Оно было поделено на четыре военно-административных улуса, которыми еще при жизни и по воле Шынгыз хана командовали его сыновья. Ставка империи находилась на равнине Каракурум на берегу реки Иртыша (Угетай каган построил в этой долине одноименный город Каракурум и великолепный дворец под названием «Карши»).
Высшая централизованная власть находилась в руках кагана. Кагана выбирали на Курултае. В работе Курултая участвовали ханы и амиры улусов, а также военачальники высокого ранга (нояны и бахадуры). В Курултае, кроме выбора кагана, рассматривали самые важные вопросы государства, принимались решения по вопросам войны и мира.
Вся система государственного (военного и гражданского) управления работала в строгом соответствии со сводом законодательных норм («Жаса») и правил («Жосы»), которые были разработаны и внедрены лично Шынгыз ханом.
Официальным языком государства был мугулский язык; все делопроизводство (в том числе нормативные акты, указы, распоряжения) велось на мугулском языке.
Армия состояла из десятки, сотни, тысячника, туменов и лашкар-тамма (последние находились на территории завоеванных стран). Кроме регулярной армии, были воинские формирования, которые охраняли ставку кагана, его семью и близких родственников, государственную границу и улусы, а также караванные пути. Поскольку улусы располагались далеко друг от друга, в каждом из них находился ханзада (принц) или влиятельный амир с войском.
Внешнее сношение с другими государствами осуществлялось через послов. Разведывательная деятельность, связь между улусами («нарын-жам», «баян-жам»), распределение военной добычи и сбор налогов, функционирование государственной казны и торговой системы осуществлялись на государственном уровне и на системной основе.
23. Летопись «Алтан дафтар» («Алтын даптер» была начата, когда Шынгыз хану исполнился сорок один год), где изложены история предков Шынгыз хана, его самого, потомков, созданного им государства, и особо важные документы государства, содержащие государственную тайну, хранились в ханских казнах Елхана Ирана Газан хана и охранялись специально выделенными для этого амирами. К ним не имели доступа даже самые приближенные люди хана.
По нашему мнению, вышеназванные документальные материалы оказались в Иране еще в XIII веке, так как ханский архив сперва находился в ведении Толе хана, который на правах отшыгена (младшего сына) владел всем имуществом своего отца, в том числе государственным архивом. Когда Толе хан умер, все это перешло к его сыну Монке кагану, от него – к его брату Хулагу хану, несколько поколений которого, в том числе Газан хан, царствовали в Иране.
По словам Рашид ад-дина, Газан хан приказал ему собрать и изложить в книге историю тюркских племен и Шынгыз хана. Летопись «Алтан дафтар» («Алтын даптер») была начата в 590 году хижры (что соответствует 1196 году григорианского летоисчисления), когда Шынгыз хану исполнился 41 год («Жамиг ат-тауарих», 325) а также все значимые факты и события, происходившие с момента образования Мугулского государства, с указанием даты, месяца, года.
Газан хан сам был знатоком истории тюркских племен и своего великого деда. В этих вопросах он уступал только Болат чинсану из мугулского рода дурбен, который вначале прибыл в Иран в качестве посла Кубылай кагана [«Жамиг ат-тауарих», 35, 1161], затем командовал всеми войсками Ирана и Турана, руководил государствами мира и был великим амиром. В знании истории и родословной тюркских племен, и особенно мугулской ветви, никто не мог сравниться с Болат чинсаном. Он оказал Рашид ад-дину неоценимую помощь при написании «Жамиг ат-тауарих» на основе «Алтан дафтар» («Алтын даптер») и других документальных материалов. (Это подтверждает наше сомнение относительно того, что сам Рашид ад-дин вряд ли мог «непосредственно пользоваться священной хроникой мугулов в «Алтан дафтар» («Алтын даптер») – и особо охраняемыми документами государства в ханских хранилищах», так как он не был допущен к ним и не знал мугулского языка и мугулской письменности. Мог черпать эти данные только из уст Болат чинсана и Газан хана).
После смерти Газан хана (1304 г.) дальнейший ход написания книги контролировал его брат Олжайту хан, который правил Ираном в 1304–1316 годах.
Известный башкирский ученый, профессор Стамбульского университета Ахмет-Заки Уалиди Тоган, со ссылкой на книгу Рашид ад-дина «Fevaid-I Sultaniye» в своей статье «Моголы, Шынгыз и Тюрки» (опубликованной в 1941 году в Стамбуле) писал, что Болат чинсан был направлен в Иран из Мугулстана внуком Шынгыз хана – Кубылай каганом – специально для работы над книгой в группе из четырех ученых под руководством Рашид ад-дина.
По данным Ахмет-Заки Уалиди Тогана, именно Болат чинсан вместе с одним из мугулов подготовил те тома об истории тюркских племен, Шынгыз хана и его славного рода на мугулском языке, которые после перевода на персидский язык Рашид ад-дином были включены в «Жамиг ат-тауарих» в качестве основного тома этой книги.
Вышеизложенное свидетельствует о том, что потомки Шынгыз хана к написанию истории тюркских племен и своего великого деда отнеслись чрезвычайно ответственно. И это не оставляет никакого сомнения в подлинности истории тюркских племен и Шынгыз хана.
Следует отметить, что те важные сведения, касающиеся истории тюркских племен и Шынгыз хана, которые приведены в книгах М. Кашгари «Диван лугат ат-турк» (XI в.), А. Жувейни «Тарих жаһангушай» (1260 год) и в ряде других средневековых трудов, нашли отражение на страницах «Жамиг ат-тауарих». Данные, которые приводятся в трудах П. Карпини (в 1246 году он побывал в ставке Батый хана), Г. Рубрука (в 1253 году побывал в ставке Сартак хана и его отца Батый хана), Марко Поло (определенное время жил в ставке Кубылай кагана в Ханбалыке), которые поочередно посетили места проживания тюркских и мугулских племен, в основном носят фрагментарный характер, охватывают короткие промежутки времени (за исключением Марко Поло). К тому же все они, по данным исследователей, переведены на русский язык некачественно, и их достоверность вызывает сомнение. Поэтому их следует повторно перевести с оригиналов.
Практически все сведения, которые имеются в книге Абулгазы Бахадур хана «Шаджра ат Турк» (XVII в.), взяты из «Жамиг ат-тауарих».
К разряду таких источников можно отнести и полиэпическую и полиисторическую книгу на китайском языке под названием «Сокровенное сказание монголов», которая вдруг «обнаружилась» на рубеже XIX–XX веков. Ее потом перевели на монгольский и другие языки, а сами монголы до сих пор ее не могут прочитать и понять. Нигде в мире, включая современную Монголию, до сих пор не обнаружено ни одного документа средневековья и более позднего периода, написанного на монгольском языке в его современном понимании.
Поэтому книга Рашид ад-дина «Жамиг ат-тауарих» («Собрание историй») до сегодняшнего дня остается единственным и подлинным историческим источником об империи Шынгыз хана в полном объеме; она признана всеми учеными мира.
24. У них (у тюркских народов) внешний вид (форма лица, телосложение), язык и слова очень близки друг другу (одинаковы). Но в соответствии с естественными особенностями климата по месту их жительства, в характере, внешнем облике и языке у каждого тюркского народа наблюдаются небольшие (однако заметные) различия.
Хотя тюрки и все мугулские племена и роды похожи между собой и основы их языков (происхождения) также в целом одинаковы, лишь мугулы являются одним из ответвлений (групп) тюрков (выделено – Е. И.), однако между ними имеются кое-какие различия и особенности, о которых будет сказано [ниже].
Однако век за веком подлинная история [мугулов и тюрков] была четко отражена на мугулском языке и мугулской письменности [«Жамиг ат-тауарих», стр. 34, 41].
Общение между Шынгыз ханом и его сыновьями велось только на мугулском языке. Об этом написано в «Жамиг ат тауарих»: «К Великому высокочтимому кагану (Угетаю) пришел один (человек), арабоговорящий, отвергающий чистый ислам, (который) встав на колени, сказал: «Я во сне увидел Шынгыз хана, он сказал мне: «Скажи моему сыну, пусть он убьет много мусульман, потому что они очень плохие люди». Каган, подумав одно мгновение, спросил: – Он тебе сказал (эти слова) через переводчика или он сам (прямо)? Тот: – Он сам сказал (об этом). Каган спросил: – А ты знаешь мугулский язык? Тот сказал: – Нет. Тогда каган: Ты, безусловно, говоришь неправду. Потому что я точно знаю, что мой отец, кроме мугулского, не знал никакого другого языка».  – Сказав об этом, он подал знак убить его» [687].
Из этого текста следует, что Шынгыз хан разговаривал только на мугулском языке. Все тюркские народы со времен своего прародителя – Турка – разговаривали на тюркском языке и понимали друг друга хорошо. У этого народа была своя письменность. Об этом свидетельствует следующий текст:
На 1491-й странице «Жамиг ат-тауариха» приводится такой факт: «Мошенники, которые называют себя «базаршы» и «мисасчилер», поставили свои дела так хорошо, тех, кто немного пишет на мугулском языке, посадили у себя дома, а сами, как хотели, писали «расписки о приеме», изготовляли от руки знаки каждого амира по собственному выбору».
О том, что в средние века у мугулов была своя письменность, можно также убедиться, прочитав нижеследующие данные, которые приведены в книге Мухаммеда Хайдара Дулати «Тарих-и Рашиди» (XVI в.): «Тоглык Темир подписал указ, который доказывает об этих конкретных девяти преимуществах [здесь речь идет о тех преимуществах предков Мухаммеда Кайдара Дулати, которыми они обладали еще со времен Шынгыз хана] (выделено – Е. И.). Я видел тот указ Тоглык Темира [своими глазами]. А данные об этом [указе] передавались из поколения в поколение и достались моему отцу. Он [указ] потерялся во времена смуты Шахибека [Шайбан хана, внука Абулхайыр хана, который завоевал государство Тимуридов в XVI веке]. Указ был на мугулском языке и мугулской письменности, подписан весной, в год кабана, в Кундызе. Опираясь на эти данные, были сделаны предположения о том, что власть Тоглык Темира распространялась до Кундыза» [«Тарих-и Рашиди»,103–104].
По нашему мнению, мугулский язык и мугулская письменность, вероятнее всего, имеют прямую связь с древнетюркской рунической письменностью, орхоно-енисейскими надписями каганов племени ашина мугулской ветви тюрков, а также с таласской рунической письменностью. Так как мугулы в древние времена проживали и в Таласском регионе, а затем в Мугулстане, территория которого простиралась от Алтайских гор до границы Журшы. Возможно, эти надписи относятся к образцам мугулской письменности, о которой Рашид ад-дин указал в «Жамиг ат-тауарих». В связи с этим нам очень важно получить от Ирана «Алтын дафтар» (летопись тюркских народов и Шынгыз хана), которая была написана на мугулском языке и провести соответствующие исследования.
Всемирно известный исследователь тюркских языков Махмуд Кашгари, который жил в XI (XII) веке, т. е. почти был современником Шынгыз хана, в своем труде «Диуан лугати ат турк» об особенностях тюркского языка написал так: «Из языков самый легкий – огузский, самый правильный – чистый у йагмы и тухсы, и у жителей долины реки Или, Иртыша, Йамара (Обь) и Атила (Едил, нынешняя Волга) до страны Уйгуров (языки народов, кто проживает между ними), и самый красивый у каганов-царей (лилмулуки хакания), а также языки тех, кто проживает с ними в тесном контакте (жалайыров, кереев, найманов). А баласагунцы говорят на согды6 (древнем согдийском языке. – Ред.) и на тюркском (смешанном). Наподобие этому (говорят на согды и на тюркском смешанном) народы Тираза (Тараза). Народы города Байзы также (говорят на согды и на смешанном тюркском). Также имеются недочеты в словах у всех жителей в местности Аргу в промежутках от Исбижаба до Баласагуна (тюркский язык смешан с согдийскими словами)».
Из этого текста ясно видно, что язык жалайыров, кереев, найманов и мугулов, которые в XI веке проживали в долинах рек Или, Иртыша и Йамара (Оби), является одним из самых правильных, чистых и красивых языков. Все названные племена с их многочисленными ветвями в настоящее время входят в состав казахского народа. Отсюда следует, что предки Шынгыз хана, он сам и его сыновья, которые проживали в долине реки Иртыш бок о бок с вышеперечисленными племенами, разговаривали на том же языке, как и они, то есть на казахском языке.
25. Предки Шынгыз хана, он сам и его сыновья верили только в одного Аллаха (Тенгри – Небесная вера)7 и поклонялись только ему. Об этом можно убедиться из сведений, которые приведены в «Жамиг ат-тауарих»: «Шынгыз хан перед тем, как совершить поход во владения Китая, по своей привычке поднялся на вершину скалы, снял ремень, повесил его на шею, расстегнув свой шапан, стоя на коленях, сказал следующее:
Уа, вечно существующий Кудай (Аллах)8, сам хорошо знаешь и информирован о том, что ветер фитны (смуты), т. е. скандал-смуту сначала начинал Алтан хан. Он (Алтан хан) безвинно убил Оркун баркака и Камбагай кагана, которых татары поймали и послали к нему. А они были родственниками моего отца и деда, теперь я мщу за их кровь. Если ты считаешь это мое мнение справедливым, пошли мне сверху силу и поддержку в помощь, прикажи сверху, чтобы ангелы и люди, святые покровители и демоны стали моими помощниками и оказали мне поддержку».
Итак, он в состоянии полного смирения прочитал эту молитву и сделал мунажат (выражение своей просьбы перед Аллахом). Затем сев, на коня, отправился в поход. Благодаря справедливости [своих] дел и намерений он добился победы над Алтан ханом, который был сильным и великим царем, обладал многочисленными войсками, необъятной страной, крепостями, не имеющими пределов прочности. Таким образом, владения и дети [Алтан хана] перешли во власть его [Шынгыз хана] [587].
«Когда амиры и люди ушли, Шынгыз хан сел с сыновьями отдельно для того, чтобы посоветоваться. После данных им советов и наставлений, он:
– Уа, остающиеся после меня мои дети, приближается время для моей кочевки в загробный мир.
Дети мои, данной мне (Аллахом) силой и с небесной помощью я освободил и подготовил для вас необъятное и большое государство, из середины которого проехать во все стороны составляет один год пути.
Теперь, даваемое мною вам завещание таково: для того, чтобы вы провели свою жизнь безмятежно и довольно, испытывали наслаждение от власти, пусть ваши мысли будут цельными, а в отражении врагов и в поддержке друзей будьте ­дружными, – сказал.
Затем сделал Угетая кагана своим преемником, после завершения речи о преемнике и завещании:
– Вы будьте (руководителями) во главе государства и улусов, бескрайних владений, которых я привел в повиновение, оставил (вам)» [538–539].
В «Жамиг ат-тауарих» приведены слова ханзады (принца) Ананды, внука Кубылай кагана, о которых он говорил Темир кагану: «Все наши предки были муваххидами, т. е. поклонялись только одному Аллаху и считали, что Аллах «Один». Безусловно, из-за этого усердия в святом веровании вечный Аллах подарил им весь мир, их (всех) сделал предводителями людей и царями, так они стали знатными и славными, также они никогда не поклонялись идолам, (в таком же духе) он продолжал повторять» [952].
Во времена Шынгыз хана все мугулские племена также поклонялись только одному Аллаху. В этом можно убедиться, прочитав сведения, которые приведены в «Жамиг ат-тауарих»: «В связи с вышесказанными причинами, после поражения рода тайжуытов, когда часть из них убежала, эти рода катаганов и салжуытов собрались (вместе). И с ними заключили союз роды дурбенов, татаров и коныратов. Таким образом, как будто среди мугулов больше нет сильнее этой клятвы, поклялись друг другу. Эта клятва была следующей: они жеребца, быка, барана-производителя и собаку (суку) резали мечом: «Уа, Кудай (Аллах) неба и земли, услышь нашу клятву, которую мы даем! Эти основы и истоки этих животных мужские (мы тоже мужчины). Если мы нарушим свои слова и договор, то пусть постигнет нас участь этих животных», – сказали. Они, дав таким образом клятву, создали союз для войны с Шынгыз ханом и Он ханом» [373].
Как известно, отец Шынгыз хана сам дружил и был союзником царя кереев Он хана, который поклонялся Иисусу Масиху. Шынгыз хан и его сыновья также относились к другим религиям и их представителям с уважением. А Угетай каган сорок дней в году держал пост. Это, по нашему мнению, было связано с тем, что его воспитатель (атабек) был мусульманином из рода жалайыр. Известно, что ислам пришел на территорию Тюркского каганата в VIII веке. Но его распространение на восток происходило очень медленно. По-видимому, переубедить тюрков, которые верили только в одного Аллаха (Тенгри), было не так-то просто. Из числа потомков Шынгыз хана первыми приняли ислам Берке хан (сын Жошы) и Газан хан (внук Толе хана) только в XIII веке. Начиная с этого времени, мугулы и все тюркские племена, которые в эпоху Шынгыз хана были прозваны «мугулами», один за другим стали принимать ислам. Этот процесс продолжался вплоть до XVI века.
26. Шынгыз хан похоронен в Бурхан Калдуне. Сведения об этом приведены в «Жамиг ат-тауарих»: «В Мугулстане есть высокие горы под названием Бурхан Калдун (Буркан Калдун). Из этих гор по вертикали (или с одной поверхности) протекает множество рек. И вдоль этих рек растет бесчисленное множество деревьев и много лесов. В этих лесах обитают племена тайжуытов. С тех земель Шынгыз хан выбрал место для своего захоронения и приказал: ʺМесто нашего захоронения и наших потомков будет вот здесьʺ» [541].
В 1227 году, после смерти Шынгыз хана на земле тангутов, согласно вышеуказанному завещанию, его тело было похоронено в Бурхан Калдуне. О местах захоронений Шынгыз хана и его потомков на страницах «Жамиг ат-тауарих» приводится несколько фактов:
«Также в эпоху Шынгыз хана одним из амиров левого крыла среди племен орман уранхаев был (человек по имени) Удачи (Удашы).
После (смерти) Шынгыз хана его (Удаши) сыновья со своими тысячниками охраняют Улы корык (Великий заповедник) Шынгыз хана (где захоронены его останки, куда въезд был запрещен), находящийся в местности, так называемом Бурхан Калдун, (они) не входят в шерик (т. е. в ряд войск, которые выполняют другие обязанности). И до сих пор они были определены и прочно закреплены за выполнением этой задачи (защитой заповедника). В этом месте также захоронены останки сыновей Шынгыз хана – Толе хана, а также его внуков – Монке кагана, Кубылай кагана и других ханзадов из их династии.
По сказаниям, в том же году (после захоронения Шынгыз хана) на этой равнине выросло очень много деревьев и возник огромный лес. Поэтому (это) первое дерево вообще невозможно распознать (различить), ни одно живое существо не знает, какое это (дерево).
Другие сыновья Шынгыз хана – Жошы, Шагатай, Угетай и их сыновья и потомки похоронены в другом месте» [«Жамиг ат-тауарих», 155].
«В этом месте (в Бурхан Калдуне) живут и охраняют это место тысячники уранкайцев династии Укай Каржу (Укай Калжау).
Однажды Шынгыз хан устроил охоту. В данной местности выросло одинокое молодое и красивое зеленое дерево. Он слез с коня, сел под ним и вдруг испытал необыкновенно радостное чувство. (Тогда): «Эти места годятся для моих похорон. Пусть отметят их!» – приказал он.
Во время оплакивания люди, которые слышали из его уст эти слова, повторяли их (те же слова). Принцы и амиры, согласно его повелению, выбрали это место (для захоронения). Говорят, что в тот год, когда его похоронили, на том жайлау выросло очень много деревьев и трав. Поэтому в настоящее время лес настолько густой, через него невозможно пройти, невозможно распознать то первое дерево и место его захоронения. (Сейчас) даже старые егеря, охраняющие это место, сами не могут найти дорогу к его голове (могиле).
Там же находятся места захоронения младшего сына Шынгыз хана – Толе хана и его сыновей Монке кагана, Кубылай кагана, Арыкбуки и других их потомков, умерших в том же велайате (регионе).
Охранники Улы корыка – амиры из рода уранкай [«Жамиг ат-тауарих», 541, 542].
Где именно захоронен Шынгыз хан, до сих пор неизвестно.
По нашему мнению, часть Берельских курганов, находящихся в Долине царей в Восточно-Казахстанской области, возможно, принадлежат предкам Шынгыз хана, царствовавшим в Бурхан Калдуне задолго до него. Также можно предположить, что «Улы корык» («Великий заповедник»), где похоронены Шынгыз хан, его младший сын Толе и его потомки, находятся где-то рядом.
Места поселений уранкайцев и орман (саянских) уранкайцев, назначенных на охрану Улы корыка, находящегося в Бурхан Калдуне, где похоронены Шынгыз хан, Толе хан и его потомки, указаны на картах: К. Риттера «Русский Алтай» (Берлин, 1839); «Карта Киргизской степи и Туркестанского военного округа» (Санкт-Петербург, 1866); «Карта южной пограничной Полосы Азиатской России» Р. М. Закржевского (Санкт-Петербург, 1891); Карта А. Г. Беме «Азия, описанная по правилам стереографической проекции» (Нюрнберг, 1744). На них изображены населенный пункт Урунхай (Уранкай) и река Урунхайка (Уранкайка), впадающая в озеро, ныне называемое Маркаколь, и поселения племени уранкай, расположенные на левом берегу реки Иртыш (к югу от города Усть-Каменогорска) и пик Урунхайский (Уранкай) в горах Чертей тау.
На карте К. Риттера «Русский Алтай» видно, что поселения орман (саянских) уранкайцев находились примерно в 30-40 км от Берельского кургана в верховьях реки Бухтарма (вдоль старинного тракта, ведущего на плато Укок). Кроме того, на карте «Карта Курчумского и Зайсанского края показаніемъ кочевъевъ киргизскихъ родовъ», составленной в России в XVIII веке, четко обозначена граница поселений кереев и найманов на севере и юге Черного Иртыша и Иртыша, которые были близкими соседями рода Шынгыз хана, проживавшими в Бурхан Калдуне.
27. Как известно, еще задолго до своей смерти Шынгыз хан объявил своим преемником Угетая. В соответствии с этим ­завещанием Угетай был избран каганом через два года после смерти Шынгыз хана (1229 г.); в течение последующих шести лет он привел в порядок дела своего государства и армии. После этого совместно с Толе ханом совершил поход в Китай, где подчинил себе те владения, которые еще не были завоеваны, затем вернулся в свою столицу, вдоволь насладившимся завоеваниями победителем. С того времени оставшиеся до конца своей жизни семь лет Угетай каган провел в Каракуруме, где находилась ставка его отца. Поэтому с этого места приведем некоторые выдержки из книги «Жамиг ат-тауарих», которые позволяют узнать, чем занимался Угетай каган в Каракуруме в это время: «И во всех обстоятельствах свое благое намерение направил для совершения справедливых и милосердных дел, устранения несправедливости и враждебности, благоустройства городов и регионов, строительства разных строений. Он не оставлял без внимания ни одного мнения об основе (столицы) государства. Поскольку он ранее из Китая привез с собой мастеров разных профессий и ремесленников, большую часть своей праведной жизни провел в своем (основном) родовом журте – Каракуруме, приказал построить дворец с очень высокими фундаментом и колоннами, подходящими таким высочайшим царским намерениям. Длина каждой стороны этого дворца была равна расстоянию стрелы лука. В середине дворца построил высокий касыр (зал), который отделали узорами в самом живописном стиле, украшали изящными картинами. Назвали его «Карши», (каган) разместил там свой желанный трон. Своим самым близким братьям, их потомкам, а также другим принцам (ханзадам) приказал построить вокруг этого дворца (по одному) высокому дому. Все (названные) подчинились и выполнили приказ. Когда завершилось строительство этих зданий, они, следуя один за другим, стали смежными, их количество было очень большое. И он (каган) приказал знаменитым ювелирным мастерам изготовить посуду для пищи из золота и серебра в виде слона, льва, лошади и других животных. Эту посуду поставили в места, где раньше обычно находилась огромных размеров посуда, заполнили вином и кумысом. Перед каждым этим изделием сделали хауыз (бассейн) из серебра. Из отверстий указанных изделий текли вино и кумыс, и текли они также по хауызам.
Затем (однажды) каган спросил: «Какой из городов мира самый красивый?» – «Багдат», – сказали.
Он приказал построить большой город вдоль берега реки Уркун9, назвал его Каракурумом. От Китая до этого города разместил отдельные от «баян йама» другие «йамы», назвал их «Нарын йамом»10. Через каждые пять фарсахов разместил один йам11, общее количество составило 37 йамов, для их охраны в каждом переходе разместил тысячника.
Он (каган) издал закон, согласно которому каждый день из велаятов должны прибывать пятьсот телег с продуктами и напитками, их хранить в амбарах, оттуда выдавать и расходовать. Для перевозки продуктов и напитков изготовили большие телеги, каждую из которых тянули восемь быков.
На земле, которая находилась на расстоянии одного дня пути от Каракурума, где в древние времена размещались сокольники Афрасиаба12, и в настоящее время названная Кихаршаганом, мусульманским мастерам приказал построить касыр (сооружение). Для охоты с соколом весну проводил в тех местах, лето – на земле Урмугату. Там ставил большой шатер, где одновременно могли разместиться тысяча человек, и этот шатер никогда не собирал. Гвозди его (шатера) были золотыми, внутри шатра были натянуты разные ткани. Его называли «Шира Урду» («Алтын Орда»).
А осень проводил в Гуса Урнауре13, который находился в четырех днях пути от Каракурума. Там он держал сорокадневный пост. Местом его зимней стоянки был Ункай (Онкай). Он ходил на охоту вдоль гор Тулунгу (Толенги) и Жалингу (Желенги)14, зиму завершал в тех местах» [670–672].
28. Курган, где похоронен Угетай каган, с названием «Булдак касыр», а сейчас его называют Жеке Ундур (Жеке ондир), расположен на очень высокой горе, на вершинах которой всегда (вечно) лежит снег. С этой горы текут реки Бесун муран, Туркан (Турген), Усун (Уйсин) и впадают в реку Иртыш. От этой горы до Иртыша – дорога на два дня. Шапар (внук Угетая, сын Кайду хана) зимует в местах, расположенных вдоль этих рек [«Жамиг ат тауарих», 674].
Гора под названием «Булдак касыр», по моему мнению, одна из вершин нынешней горы Сарымсакты, являющейся одним из отрогов хребта Тарбагатай. Протекающие от этой горы реки Сарымсакты (прежнее название – Бесун), Маралды (прежнее название – Турген), Буланды (прежнее название – Уйсин), – впадают в одно русло и превращаются в реку Курчум. А расстояние от горы Сарымсакты до впадения составляет около 120 км, то есть двухдневный путь для всадника на коне. Вышеупомянутую гору Тарбагатай нельзя путать с горой Тарбагатай на севере современного Урджарского рай­она Восточно-Казахстанской области. Это, по нашему мнению, явилось следствием «умышленных действий» картографов ХІХ века, которые таким образом хотели полностью уничтожить название горы Бурхан. Ведь использовать одно и то же название двух одинаковых гор в одном и том же регионе неразумно.
29. В «Жамиг ат-тауарих» в разделе о племени баяуыт приведены нижеследующие сведения: «Это племя имеет несколько ветвей, но [из них] известны две ветви: одну [называют] Жидайы, ее [же] называют [и] баяуыт, а другую – кихарун баяуыт. Жидайы (Жадайы) – речная долина в Мугулстане. Так как стойбище их было там, то эти племена относятся к этой местности и [ее название] стало их собственным именем. А тех, кто обитает в степи, называют Кихарун баяуыт. Юрты их [находятся] по реке Силинге15. Два ее истока: Курбан кихат и Бурах ондур, являющиеся «Гурук бузруком» (Улкен (Большим) курганом16 [т. е. погребальным курганом]. На этой территории имеется одна местность и [притом] наиболее отдаленная, где эта река разделяется на три русла, ее передали в качестве стойбища Судын нояну. В настоящее время там обитает род Сулдус, который находится в зависимости от них (баяуытов).
Реки, которые берут начало от Бурах ондура распределяются следующим образом. В этой стороне горы: Шира, Шибауту, Кибан, Таладу; на той стороне горы – Енке, Жубукра, Буруан Куркай, Самр кубкату и Туай. Эти реки (девять) впадают в Силингу. Там находится тысячник ойратов [состоящих] из потомков Укай Каржу, и охраняет это место».
В «Жамиг ат-тауарих» имеются также нижеследующие сведения: «Арыкбука находился перед каганом [Кубылаем] один месяц, шесть дней, там же умер. Его повезли в Бурах ондур, в Улкен корык (Большой корык) Шынгыз хана17, который находится вблизи реки Силинга. Там похоронены Сургактан бике и все принцы, кроме Кубылай кагана».
«Еще один-Жанки корген из рода жала­йыр, он амир тысячника. Этот (тысячник, которого возглавлял Жанки корген), до этого был тысячником, которого возглавлял Укай. Он (Жанки корген) в соответствии с указом вместе с тысячником ойратов охранял Улкен (Большой) корык в Бурах ондире, где хоронят останки ханзад (принцев)» [«Жамиг ат-тауарих», стр. 179, 939,943].
В указанном Улкен корыке (Большом корыке), по нашему мнению, похоронены предки Шынгыз хана, то есть каганы Восточно-Тюркского каганата из ашинской ветви мугулов: Бумын, Мукан, Елтерис, Культегин, Бильге и другие.
В Википедии указано: древнетюркские памятники встречаются только в Монголии. В верховьях Селенги в районе долины реки Хуний-Гол расположен погребальный комплекс Ильтереш (Елтерс) кагана.
Известно, что в конце XIX века вблизи этого региона были обнаружены орхоно-енисейские древнетюркские рунические надписи (VII–VIII вв. н. э.), принадлежавшие бесценному культурному наследию человечества. Безусловно, они принадлежат тюркским и мугулским племенам, которые в древние времена жили в тех краях и в указанном каганате (см. карту Гийома Делиля от 1710 года, где указаны земли древнего Мугуистана) Возможно, эти надписи и есть мугулская письменность, о которой Рашид ад-дин указал в «Жамиг ат-тауарих» (по нашему мнению, этот вопрос следует изучить дополнительно). Потомки многих тюркских племен (казахи, кыргызы, татары, алтайцы, якуты, ойраты, тувинцы, хакасы, дурбены, шорцы и другие) до сих пор живут на обширных территориях Монголии и Сибирского региона России.
30. В книге «Жамиг ат-тауарих» о жизни Темир кагана, внука Кубылай кагана, говорится следующее: «После завершения празднования и поднятия настроения каган свои добрые помыслы уделил на организацию военных и государственных дел. Таким образом, обозначил ханзад (принцев) и амиров в регионы и на границы, назначил везиров и руководителей диуанов. Старшему брату Камале отдал всю долю имущества, которая осталась в качестве наследства от отца, отправил его в тот Каракурум, где располагались журт и ставка Шынгыз хана, подчинил ему войска этой страны. С тех пор тот руководил регионами Каракурума и Чинаса (Шинаса), Шибаушыды, Унана, Килурана, Кем-кемжута и Силингу и Каялыка до границы Кыргыза и Улы корык Шынгыз хана под названием Бурхан Калдун. До сих пор Улы Орда Шынгыз хана располагается в тех местах, ее охраняет он (Камала). Из них четыре большие орды и пять (малых), общее число – девять, все в тех местах. Дальше никому нельзя пройти, потому что вблизи расположен корык (могильник)» [с. 49].
Эти сведения позволяют сделать однозначный вывод о том, что во времена, когда писался «Жамиг ат-тауарих» (1300–1316 годы) Улы корык Шынгыз хана в Бурхан Калдуне, его журт и ставка в Каракуруме охранялись как следует.
31. В эпоху Шынгыз хана места обитания каждого тюркского рода и племени были хорошо известны. Об этом ясно сказано в книге «Жамиг ат-тауарих» (стр.40). Сколько бы ни прошло с тех пор веков, сколько бы ни искажалась история тюрков, сколько бы ни менялись и не забывались названия земель и рек, с помощью Аллаха сохранились вышеназванные сведения, свидетельствующие о том, что его любимый раб, выходец из мугулской ветви тюрков Шынгыз хан и его предки жили в поймах Иртыша и рек у горы Бурхан Калдун, в непосредственном соседстве с кереями и найманами, что места стоянки и кочевья найманов граничили с велаятами кыргызов и уйгуров. А граница ставки Шынгыз хана начиналась от правого берега реки Или, недалеко от уйгурского велаята, на границе найманского велаята. Это можно увидеть и на вышеупомянутых старинных картах.
В этом также можно убедиться, повторно прочитав вышеприведенные в «Жамиг ат-тауарих» сведения: «Эти племена [найманов] были кочевыми, некоторые обитали в сильно гористых местах, а некоторые – на равнинах. Места, на которых они обитали, как было упомянуто выше, таковы: Жеке Алтай18 и Каракурум19, где Угетай каган построил величественный дворец. И горы Алуй Сирас20 и Кок Ирдыш [Синий Иртыш]21. В этих регионах обитало также племя канлы22. [В местах поселения найманов] есть Ардиш муран23, которая и есть река Ардиш [Иртыш]. Между той рекой и велаятом Кыргызов24 имеются горы, (эти горы) от границы этого велаята (кыргызов) простираются до земель Мугулстана25, до регионов, в которых обитал Он хан. По этой причине у найманов с Он ханом постоянно происходили распри и вражда. (Вышеназванные места обитания найманов) простирались до регионов кыргызов и до границ пустынь, соприкасающихся с уйгурами. Эти племена найманов и их цари были уважаемыми и сильными. И они имели большое и хорошее войско. Их обычаи и обряды были подобны мугулским.
Шынгыз хан, возвращаясь из завоевательного похода против таджиков, провел в пути как теплое лето, так и зиму в год бичин, соответствующий 621 году хижри, т. е. в год обезьяны. Когда он достиг границ своих орд, его встречали одиннадцатилетний Кубылай хан и девятилетний Хулагу хан. Именно тогда Кубылай хан застрелил зайца, а Хулагу хан сайгака в местности Айман уй (Айман Һуй), которая находилась на другой стороне реки Хила (Или), недалеко от уйгурского велаята, на границе найманского велаята26, недалеко от Матамил Кужина.
И уйгурский народ также является выходцем из числа тюрков. Его места обитания находятся вблизи границ мугулских земель» [«Жамиг ат-тауарих», стр. 40, 66 и 535].
32. Основная часть кереитов (кереев), найманов и жалайыров, входящая в настоящее время в состав казахского народа, до сих пор живет в пределах и вблизи тех мест, которые были описаны в «Жамиг ат-тауарих» еще 700 лет назад (в современных Восточно-Казахстанской, Алматинской и Жетысуской областях Казахстана). За исключением тех из них, которые в годы (20–30 годы XX века) насильственной коллективизации и конфискации были вынуждены переехать с родных мест в Монголию, Китай и другие страны.
А часть разбитых енисейских кыргызов под натиском войск Кубылай кагана и Кайду хана в конце XIII века переселилась в район озера Кыргыз нор на Алтае. После этого в первой половине XVI века эти народы переселились на территорию современной Республики Кыргызстан.
Другая часть кыргызов осталась на территории нынешней Хакасии и Горного Алтая.
Уйгуры до сих пор живут в пределах и вблизи тех мест, которые также были описаны в «Жамиг ат-тауарих». К ним отошла практически вся территория Моголстана (Мугулистан). Ныне эти земли входят в состав Синьцзян-Уйгурского автономного района Китайской Народной Республики.
33. Шынгыз хан создал гигантскую империю на просторах Евразии; его ставка располагалась в долине Каракурум на правом берегу Иртыша. При жизни он разделил завоеванные земли и свою армию между сыновьями и близкими родственниками.
На долю Жошы выпали земли на западе, куда могли добраться конники его войск; Шагатаю – земли от Алтая до берегов Амударьи; Угетаю – верховья рек Емеля и Кобыка, а также земли ойратов; Толе – земли, где находилась ставка Шынгыз хана, и весь Китай.
Все велаяты и улусы, находившиеся в пределах реки Иртыш и Алтайских гор, летние и зимние кочевья тех окрестностей Шынгыз хан пожаловал в управление Жошы хану и издал беспрекословный указ, чтобы (Жошы) завоевал и включил в свои владения Дешти-Кыпшак и находящиеся в тех краях государства. Его журт был в пределах Иртыша, и там была столица его государства [Жамиг-ат тауарих стр. 735].
На наш взгляд, ставка Жошы находилась в районе нынешней паромной переправы через Иртыш в Курчумском районе Восточно-Казахстанской области. Вблизи этого места до 70-х годов ХХ века имелся населенный пункт Баты (Батый). Название сохранилось на старинных картах. По нашему мнению, этимология топонима Батый восходит к истории рождения второго сына Жошы – Батыя (Батый).
Ставка Шагатая – в Алмалыке (на правом берегу реки Или) и Бесбалыке.
Ставка Угетая – в Беры Моныраке, Емеле и Кобыке (через два года после смерти Шынгыз хана он стал каганом, занял трон своего отца в Каракуруме, где царствовал в 1229–1242 годах).
Ставка младшего сына Толе находилась на территории ставки отца – в Каракуруме на берегу Иртыша (как известно, Толе хан умер сразу же после возвращения из похода в Китай в 1232 году).
34. На основе данных, приведенных в книге «Жамиг ат-тауарих», сделаем выводы: предки Шынгыз хана вышли из племени ашина мугулской ветви тюрков, являются потомками Кияна и Нукуза, которые вместе с женами спаслись во время войны в Ергене коне (в ущелье Шарын в Алматинской области) в VIII веке до нашей эры. Их потомки рождались и расселялись в Ергене коне в течение 400 лет, затем постепенно переселились оттуда и обосновались на левом берегу реки Или.
Несколько мугулских родов, вышедших в свое время из Ергене кона, под предводительством Борте шина (шестнадцатого предка Шынгыз хана) в VII веке нашей эры переселились в Южный Алтай в поймы рек Унан (Бухтарма), Килуран (Кара Иртыш) и Тугла (Курчум), воды которых берут свое начало в горах Бурхан Калдун (нынешние горы Тарбагатай и Листвяга в современной Восточно-Казахстанской области).
Непосредственные предки Шынгыз хана (начиная с шестого предка – Кайду хана) обитали в долине Каракурум у реки Иртыш, соседствовали с племенами кереев и найманов.
Шынгыз хан родился в 1155 году в местности Булук Булдак в нижнем течении реки Унан (Бухтарма), которая впадает в Иртыш.
Ставки всех царствовавших предков и самого Шынгыз хана находились в Бурхан Калдуне и на равнине Каракурум.
Все победные походы Шынгыз хана начинались именно из этих мест. Он вместе со своими сыновьями Жошы, Шагатаем, Угетаем и Толе завоевал все страны мира, образовал из них одно государство. В завоеванных странах для поддержания порядка оставлял крупные войсковые соединения под руководством своих верных военачальников и влиятельных амиров, а сам со своими сыновьями всегда возвращался в свои родные места.
Шынгыз хан умер во время похода в страну Тангутов в возрасте 72 лет.
В соответствии с завещанием Шынгыз хана, его тело похоронили в Бурхан Калдуне. Этому месту дали название – «Улы корык» [«Жамиг ат-тауарих», 541, 542].
В долине царей, на берегу реки Берель, которая является одним из истоков реки Бухтармы, расположены Берельские курганы, ставшие известными только в XIX веке. Еще в те времена в указанном кургане работали экспедиции под руководством немецких ученых Карла Риттера (30-е годы XIX в.) и В. В. Радлова (1865 год); были раскопаны и исследованы около 100 курганов, найденные артефакты и золотые изделия были вывезены в Санкт-Петербург и дальнее зарубежье.
В 1959 году Берельские курганы были повторно исследованы Южно-Алтайской археологической экспедицией Государственного Эрмитажа СССР под руководством С. С. Сорокина.
Часть коллекции находок из Большого Берельского кургана хранится в фондах Государственного Исторического музея в Москве, коллекционные номера 54660 и 54746. На наш взгляд, эти находки были найдены членами экспедиции С.С. Сорокина.
В 2016–2017 годах археологической ­экспедицией под руководством академика З. Самашева исследованы три кургана этого Берельского некрополя, в результате которых были найдены останки женщины, мужчины и 13 лошадей с подлинными многочисленными оригинальными украшениями из золота.
По мнению З. Самашева и других ученых, часть этих разграбленных курганов, возможно, принадлежит к предтюркскому периоду (IV–III вв. до нашей эры), а другая часть – к древнетюркскому периоду (VII–VIII вв. нашей эры).
По нашим подсчетам предок Шынгыз хана по имени Борте шина с несколькими мугулскими родами обосновался в Бурхан Калдуне в начале VII веке нашей эры. Основываясь на этих данных, можно предположить, что относящиеся к древнетюркскому периоду курганы Берельского некрополя, возможно, принадлежат вышеназванному Борте шине, его потомку в седьмом колене Дубун Баяну и его жене по имени Алан Куа, а также их потомкам, которые царствовали до Шынгыз хана. А отсюда можно сделать вывод, что «Улы корык», где похоронены Шынгыз хан, Толе хан, его сыновья Монке каган, Кубылай каган и их потомки, возможно, также находится вблизи Берельского кургана.
Как известно, остальные сыновья Шынгыз хана и их потомки были похоронены в других местах. По имеющимся в «Жамиг ат-тауарих» данным:
Жошы хан, старший сын Шынгыз хана, умер от болезни в феврале 1227 года, то есть на семь месяцев раньше, чем его отец. Его мавзолей (надмогильное сооружение) находится на территории Жанааркинского района области Улытау Республики Казахстан.
Шагатай хан, второй сын Шынгыз хана, умер в 639 году хиджры (соответствует 1242 году григорианского летосчисления). Место его захоронения не указано. На старинной карте месторасположение могилы Шагатая указано на правом берегу реки Шилик в Алматинской области Казахстана. Но эта могила на самом деле является ли могилой Шагатай хана пока что неизвестно.
Угетай каган, третий сын Шынгыз хана, умер в 638 году (соответствует 1242 году григорианского летосчисления). Курган, где похоронен Угетай каган, с названием «Булдак касыр», а сейчас его называют Жеке Ундур (Жеке Ундир), расположен на очень высокой горе, на вершинах которой всегда (вечно) лежит снег [«Жамиг ат тауарих», 674]. (Об этом также подробно написано в пункте под номером 28 настоящей главы).
Толе хан, четвертый сын Шынгыз хана, умер в 630 году хиджры (соответствует 1232 году григорианского летосчисления). Он и его потомки, как указано выше, похоронены в Улы корыке Шынгыз хана.
Таким образом, предки Шынгыз хана, он сам и его сыновья родились и были похоронены на нынешней казахской земле. Их ставки и столицы находились в пределах реки Иртыш и Алтайских гор. Между собой они общались только на мугулском языке. У них была своя письменность Основы языков мугулов и тюрков одинаковы, лишь мугулы являются одним из ответвлений тюрков.
35. В 2017–2021 годах, мною, совместно с известными в нашей стране государственными и общественными деятелями Аскаром Кабанбаевым, Жаксыбеком Кулеекеевым, Анарбеком Ормановым, Аскаром Акшаевым были исследованы долины Иртыша и Бухтармы, горы Бурхан Калдун и Белуха (Музтау); совершались водные, пешие, конные и машинные ­объезды, проводились визуальные осмотры, а также беседы с краеведами, егерями этих гор и охотниками; через них, по возможности, определялись современные и древние названия земель и гор, рек и озер (все они были запечатлены на фотографиях и видеосъемках).
В ходе этих экспедиций стало известно, что Каракурымская долина, на которой располагались ставки Шынгыз хана, его сыновей и находился одноименный город Каракурум, полностью оказалась под водой Бухтарминского водохранилища, построенного в 1953–1960 годах и относящегося к числу крупнейших водоемов мира.
По словам местных специалистов, до сих пор неясно, для чего было построено данное водохранилище, были ли какие-либо обоснования для его строительства с экономической точки зрения. Дело в том, что водохранилище отсекло несколько районов современной Восточно-Казахстанской области от областного центра и других районов области, сильно затруднило их сообщение друг с другом, поэтому через некоторое время власти были вынуждены построить несколько паромных сообщений27. Вокруг водохранилища нет орошаемых земель, его вода не используется даже для разведения рыбы, а используется только для выработки электроэнергии в Усть-Каменогорском ГЭС. Через нее и Ново-Шульбинскую электростанцию, а также Бухтарминскую плотину, водные суда могут проходить только через специально построенные шлюзы.
Решение о строительстве Бухтарминского водохранилища было принято Советским правительством в ноябре 1952 года, когда был издан основной том «Жамиг ­ат-тауарих» на русском языке, то есть еще при жизни И. Сталина. А его соратник­ Г. М. Маленков руководил строительством Усть-Каменогорской электростанции и Бухтарминского водохранилища в 1957–1960 годах. (Отметим, что Г. М. Маленков принимал непосредственное участие в принятии вышеназванного решения еще до прихода к руководству этой стройки, так как сразу после смерти И. Сталина в 1953 году возглавил Совет Министров СССР и фактически руководил государством в течение последующих двух лет; в 1955 году был снят со всех постов и по иронии судьбы был направлен в Усть-Каменогорск для руководства вышеназванной стройкой).
Из этих приведенных фактов следует вывод: строительство этого водохранилища было результатом специально разработанного проекта для того, чтобы стереть с лица земли местность, где родился и вырос Шынгыз хан, а также находились его ставка и столица.
36. Правитель всего мира Шынгыз хан и его потомки никогда не забывали святые для них места, где их далекие предки обитали и обосновали свое первое государство – местность Каракурум у подножия горы Уртак (Таласский Алатау) и Куртак (Каратау). Сведения об этом указаны в приказе Шынгыз хана своим военачальникам Жебе нояну и Субетай бахадуру:
«В соответствии с этим моим приказом завершите эти дела в течение трех лет, возвращаясь обратно через Дешт-и-Кыпшак, присоединитесь к нам в велаяте Мугулстан, который является нашим древним журтом (местом обитания)» [505].
37. Мугулские роды, так же как потомки Шынгыз хана, прозванные шынгызидами (чингизидами) или торе (төре), рассеялись по всем улусам вышеназванных сыновей Шынгыз хана и их царствовавших потомков.
Столица Шынгыз хана, именуемая Улык журт, находилась в Каракуруме, она была известна еще как Орда балык (Орда по-тюркски означает «ставка, столица», а балык – «город», т. е. Орда балык – «столичный город»).
После смерти Шынгыз хана в 1227 году в Улык журте царствовали 15 его потомков: Угетай каган – с 626 по 639 гг. Хижры (что соответствует 1229–1242 гг. по григорианскому исчислению); когда умер Угетай, его преемник Ширамун был очень молод, а Куйик хан находился в Дешт-и-Кыпшаке, поэтому старшая жена Угетая – Торгене-катын обманом захватила власть, она правила государством в течение трех лет (639–642 гг.); Куйик каган правил только один год (643 г.). Он похоронен в Емиле ( см. с.810 «Жамиг ат-тауарих»); Монке каган (648–655 гг.); Кубылай каган (658–692 гг.); Темир каган (Олжайту, его не надо путать с братом Газан хана); Ананда каган; Кашулы каган; Тайзи (Жолекту) каган; Ануширауан каган; Уакур Темир каган; Иесудар каган; Онке каган; Олен каган; Елши Темир каган; Тайзи каган (не стоит путать с вышеназванным Тайзи Жолекту).
Ханов Дешт-и-Кыпшака было 32: Жошы хан (1223–1227 гг.); Бату хан (с 1227 по 1254 гг.); Берке хан; Сайын хан; Есен (Иесун) Монке хан; Токта хан; Озбек хан; Жанибек хан; Бердибек хан; Келдибек хан; Наурыз хан; Шеркес хан; Хазар хан; Маруд хан; Базаршы хан; Сийахи Бука хан; Тоглык Темир хан; Мурат хажа хан; Токлык хажа хан; Орыс хан; Токта хан; Темир Малик хан; Токтамыш хан; Темир Кутлык хан; Шадыбек хан; Полат хан; Жалал ад-дин хан (сын Токтамыш хана); Кебек хан; Каримберди хан; Жекре хан; Даруеш оглан хан; Мухаммед хан. Их царство началось с 621 года хижры и продолжалось до 831 года хижры, т. е. 210 (двести десять) лет.
Общее число ханов, которые властвовали в Иране, было 16: Хулагу хан (654–663 гг. хижры); Абака хан (663–680 гг.); Ахмет хан (681–683 гг.); Аргын хан (683–690 гг.); Гайту хан (690–694 гг.); Байду хан (694–694 гг., всего восемь месяцев); Газан хан (694–703 гг.); Олжайту хан (703–716 гг.); Абу Сагид хан (717–736 гг.); Арпа хан (всего семь месяцев 736 г.); Муса хан (736 г.); Мухаммед хан (736–); Тагай Темир хан; Сати беги хан; Сулеймен хан.
Общее число ханов Улыса Шагатая (Турана), которые являлись потомками Шынгыз хана, было 32: Шагатай умер в 639 году хижры (соответствует 1242 году григорианского летоисчисления), т. е. на семь месяцев раньше, чем Угетай каган. Через несколько лет после этого Карашар-ноян (прапрадед Амир Темира) поднял на ханский трон Кара Хулагу хана (внука Шагатай хана). Но 643 году по указанию Куюк хана его на троне заменил Иесун Монке хан. Когда Есен (Иесун) Монке хан умер, его место вновь занял Кара Хулагу хан. После него на трон сел Мубаракшах хан (внук Толе хана, сын Кара Хулагуа). Затем на трон взошел внук Шагатая – Алгу хан (сын Байдара), который царствовал в Алмалыке с 658 года по 662 годы. После него трон вновь занял Мубаракшах хан, но через год свой трон уступил внуку Шагатая – Барак хану, который правил царством с 663 по 669 годы. После этого ханский трон занимали: Бекеси хан; Туктемир хан (правнук Шагатай хана); сын Барак хана – Шешен хан (царствовал в течение 30 лет); внук Барак хана – Кунжик хан (сын Дуа хана); внук Барак хана – Талику хан (сын Бори); внук Барак хана – Есенбука (сын Дуа хана); внук Барак хана – Кебек хан (сын Дуа хана), который восстановил город Балх, похоронен в городе Каршы. После Кебек хана ханом стал внук Барак хана – Елшитай (сын Дуа хана); затем Дуатемир (сын Укра хана); сын Дуа хана – Темыршын хан (он совершил поход в Дели и Гужарат, был убит в 728 году хижры внуком Дуа хана – Бораном. Похоронен в Самарканде); Женши хан (сын Абукаен огыла); Есен Темир хан (брат Женши хана); Али султан (потомок Угетай кагана. Он уничтожил договор между Кабыл ханом и Кажулы, который был заверен Тумбине ханом. См. с. 408 этой книги); правнук Дуа хана – Мухаммед хан; Сын Есена Казан султан (он сел на трон в 733 году. В то время на троне Ирана царствовал вышеназванный Абу Сагид бахадур. После него в Иране царствовали вышеназванные Арпа хан, Муса хан, Мухаммед хан, Тагай-Темир хан и дочь султана Мухаммед Худабанда Олжайту хана – Сати-беги, Сулеймен хан, Нуширауан хан. Все они были современниками Казан султана. Слава Сахиб кырана (Амир Темира) приходится после этого периода.
Таким образом, власть сыновей и внуков Шагатай хана до Казан султана продолжалась сто девять лет.
Теперь перечислим ханов Шагатайского улуса после Казан султана: Данышпанша хан (он был потомком Угетай кагана); внук Дуа хана – Баянкали хан; правнук Дуа хана – Темиршах; внук Дуа хана – Туглык Темир; сын Туглык Темира – Иляс хажа; правнук Дуа хана – Кабылшах; прапраправнук Дуа хана – Адил султан; Сургатмыш хан; сын Сургатмыш хана – Мухаммед хан султан.
Вышеизложенные данные приведены в книге «Зафар-нама» (с. 171–220 подлинника).
Следует отметить, что в этот список вошли только те каганы и ханы Улык-улуса, Дешт-и-Кыпшака, Шагатайского улыса и Ирана, так как книга «Зафар нама» была написана в 1419–1425 годах.
Ханы Золотой Орды, Дешт-и-Кыпшака, Шагатайского улуса и Казахского ханства, которые не вошли в указанный список в книге «Зафар-нама», изложены в книгах Мухаммеда Хайдара Дулати «Тарих-и Рашиди (1525 г.), Фазуллаха ибн Рузбихан Исфахани (1553 г.) и Актан сопы Кутба (1730 г.). Они вошли в книгу Зарипбая Оразбая под названием «Ұлы Түрк тарихы», которая вышла в 2021 году в городе Алматы в издательстве «BRK press».
А казахские ханы и амиры Бухарского, Хорезмского (Хивинского) и Кокандского ханств XVII–XIX веков хорошо известны широкому кругу нынешних читателей, которые при желании могут ознакомиться с ними в любой библиотеке.
38. Шынгыз хан при разделе завоеванных им стран и своей армии между сыновьями и близкими родственниками, как было отмечено выше, земли от Алтая до Жейхуна (Амударьи) отдал Шагатаю [«Жамиг ­ат-тауарих», 762].
В 1269 году решением Таласского курултая, который проводился по инициативе Кайду хана, внука Угетай кагана, образовались три самостоятельных от Кубылай кагана государства: улус Жошы (Улык-улус), улус Кайду хана и улус Шагатая. Незадолго до смерти Кайду хана (1306 году) в юго-восточной части последних двух улусов появилось государство дулатов – Моголстан. А на западе улуса Шагатая (после образования Моголстана в составе этого улуса оставалось несколько мелких амиратов) в 1370 году возникло государство, основанное Амиром Темиром.
39. В 1465 году на земле между Шу и Козыбас в западной части Моголстана на историческую сцену вышло Казахское ханство, основанное потомками Жошы – султанами Кереем и Жаныбеком (об этом подробно изложено в разделе книги «Шынгыз хан» про род дулатов).
40. Шынгыз хан не разрушал город Отырар, а наоборот, он его освобождал. Так, по данным автора книги «Мехман нама-и Бухара» («Записки Бухарского гостья»), которая была написана в 1509 году, т. е. через 289 лет после прихода Шынгыз хана в Отырар, происходили сражения за этот город между его потомками: Бурындык ханом и Мухаммед Тимур султаном. Об этом подробно написано на стр. 154 указанной книги.
41. После смерти Касым хана, сына Жанибек хана, Казахское ханство пришло в упадок, а казахский народ в течение века (до 1757 года) подвергался нашествиям калмыков и джунгаров. Затем до 1918 года находился в составе Российской империи, после этого вошел в состав Союза Советских Социалистических Республик.
16 декабря 1991 года Постановлением Верховного Совета Республики Казахстан был принят Конституционный закон «О государственной независимости Республики Казахстан». В соответствии с Законом, «Республика Казахстан признана независимым, демократическим и правовым государством. Она обладает всей полнотой власти на своей территории, самостоятельно определяет и проводит внутреннюю и внешнюю политику».
И вновь хочется подчеркнуть, что этот юбилейный и значимый для всех казахстанцев 2026 год связан, прежде всего, с ­35-летием нашей Независимости. Естественно, что мы вновь и вновь возвращаемся к своим истокам, пытаясь осмыслить сложную, трагическую и вместе с тем Великую историю своего народа, найти истоки и осмыслить судьбу ярких личностей и в целом народа. За этот небольшой с точки зрения истории тридцатипятилетний период мы достигли большого прогресса в деле государственного строительства, добились значительных успехов в социально-экономическом развитии, возродили наше духовно-культурное наследие, нашли новые исторические и археологические источники, которые позволяют устранить некоторые пробелы в истории и вместе с тем требуют продолжения научных исследований и открытий.
Будущее Казахстана зависит от нашей молодежи, которая объективно является генератором новых идей, жизненной силой и энергией общества. Поэтому этот труд я посвящаю молодежи XXI века, которая является потомками Шынгыз хана, потомками тех, кто во все времена создавал свое государство и боролся за свое будущее. Молодежь – это не просто настоящее нашей страны, это те, кто, опираясь на предшествующий опыт предков, смело строит будущее своего государства!

 Ержан Исакулов,
член Союза писателей Казахстана

КОММЕНТАРИИ

1. По данным Актан сопы Кутба, автора книги «Наша история»: «Позже, когда он (Яфас, т. е. Абулжа хан) стал властителем своих владений, к его имени прикрепляли слово «хан», что имело значение «властитель-царь». С тех пор сложился обычай: прикреплять слово «хан» к имени всех его властвовавших потомков. Достопочтимые потомки Турка, такие как Кыркыз, Жалайыр, Найман, Аргын, тоже являлись обладателями степени «хана».
2. Ф. Л. Гюссфельлд, немецкий картограф, автор «Карты Российской империи и Великой Тартарии» (1786).
3. Томсен В. Дешифровка орхонских и енисейских надписей. // Записки Восточного отделения Императорского русского археологического общества. – Т. VIII, 1894.
4. Эти сведения подтверждаются Мирзо Улукбеком (см. с. 74–76 книги «Турт улус тарихи». Ташкент. 1994 г.).
5. Несмотря на то, что здесь указано «уйгурским письмом», названное завещание было написано «мугулским письмом». Эти письменности на вид очень похожи друг на друга, поэтому персы, не разбираясь, считали «мугулское письмо» «уйгурским письмом». На самом деле, они разные, об этом написано у Рашид ад-дина в «Жамиг ат-тауарих» [34, 41].
6. Согди́йцы – исторический народ иранского происхождения, населявший территорию Согдианы, располагающейся в долине реки Зерафшан – от современной Бухары (Узбекистан) до Худжанда (Таджикистан). Согдийский язык оставался в употреблении вплоть до XIV века. Согдийцы, наряду с восточно-иранскими народами, являются одним из предков современных таджиков. Согдийцы говорили на согдийском языке иранской ветви, родственном бактрийскому и хорезмийскому.
7. Мугулы под именем Тенгри подразумевали веру только в одного Аллаха, который, по их мнению, находился на Небе (Көк Тәңірі). Слово «Тәңір» – это исконно тюркское слово, которым наши предки обозначали Творца. Это слово является эквивалентом русского – «Бог», или арабского –  «هللا» [Аллах]. Кудай – имя Бога на казахском (на персидском – Худо).
8. Кудай – имя Бога на казахском (на персидском – «Худо»).
9. Уркун, по нашему мнению, старинное название нынешней реки Большой Нарын, которая впадает в Иртыш. Эту реку назвали Больше Нарыном, так на ее берегу находилась начальная точка торгового пути «Нарын йама». Это слово в эпоху Угетай кагана было на ходу, поскольку на берегу Уркуна строился город Каракурум, поэтому оно со временем закрепилась за рекой Уркун (Большой Нарын и Малый Нарын) и нынешней горой Нарын.
10. По данным авторов книги «Исторический словарь Монгольской Империи» (Paul D. Buell, Francesca Fiaschetti) «Нарын ям» или «секретный ям» являлся почтовой системой для официальных государственных дел».
11. Один персидский фарсах равен 5549 метрам; а старинный египетский фарсах – 6980 метрам. Тогда, длина 37 йамов составляет 1100 км (по персидской мере длины) или 1300 км (по египетской мере длины).
12. Афрасиаб – эпический герой тюркоязычных народов: прародитель, царь, богатырь, предводитель.
13. Гуса Урнаур, по мнению автора, нынешняя река Коксу – один из прозрачных притоков реки Аргут, которая протекает по территории Кош-Агачского района Республики Алтай РФ. Расстояние от устья реки Большой Нарын, где располагался Каракурум, до реки Коксу составляет около 200 км, т.е. четыре дня пути на коне.
14. Толенги и Желенги, по нашему мнению, старинное название отрогов нынешней горы Тарбагатай (Бурхан) Таутекели и Шатыр тау, где до сих пор водятся горные архары. Расстояние от устья реки Большой Нарын, где находился город Каракурум, до Таутекели и Желенги также составляет около 180-200 км, т.е. четыре дня пути на коне.
15. Нынешняя река Селенга образована в результате из слияния двух рек (но названия ее истоков и притоков в настоящее время звучат по-другому): Дэлгэр Мурен (Курбан кихат?) и Идэр (Бурах Ондир?), берущих начало на северо-восточных склонах хребта Хангай в Монголии. Река Селенга до своего впадения в оз. Байкал принимает справа притоки: Орхон (в Монголии), Чикой, Хилок и Уда (в Забайкальской области) и слева: Тельгир-мурен, Эгин-гол, сток оз. Косогола (в пределах Монгольской Народной Республики), Джида и Темник (в пределах РФ). Общая длина реки Селенга с притоками – 1200 км.
16. В этом Бурах ондире (у истока реки Селенга на территории нынешней Монголии) находится еще один, так называемый, «Гурук бузург» – Улкен Корык («Большой заповедник»). Там похоронены родной брат Кубылай кагана Арыкбука, поднявший мятеж против него, их мать Сургактан бике и ханзады (принцы) [«Жамиг ат-тауарих», 943]. Как видно из текста, этот Улкен корык охраняли тысячники Жанки коргена из жалаиров и тысячники ойратов.
17. По-видимому, здесь произошла ошибка, или Рашид ад-дин сознательно включил Шынгыз хана для того, чтобы место его захоронения не стало известно посторонним людям.
18. Жеке Алтай – по нашему мнению, современный рудный Алтай, горный хребет между нынешними реками Иртыш и Катунь в Восточно-Казахстанской области и в Алтайском крае России.
19. Каракурум – равнина в правом берегу реки Иртыш, где располагалась ставка Шынгыз хана, Угетай каган в этой долине построил одноименный город Каракурум, величественные дворцы (Об этом можно прочитать также на с. 242, 296, 423–425 книги «Жамиг ат-тауарих»). Как ранее было упомянуто (см. с. 49–50), отец Турка Яфас после всемирного потопа прибыл в район гор Уртак (Талаский Алатау) и Куртак (Каратау) и обосновался в местностях Каракурум, Борсык и Какиян. По нашему мнению, это название Каракурум мугулы позже присвоили долине на берегу Иртыша, в знак памяти о первом месте проживания своих предков. Надо знать о том, что, кроме этого, Каракурума, имеются еще три местности с одинаковыми названиями Каракорум: в Монголии, СУАР КНР и в районе озера Телец в Российской Федерации.
20. Алуй Сирас – по нашему мнению, нынешний хребет Калбы в Уланском районе Восточно-Казахстанской области.
21. Горы Кок Ирдыш – по нашему мнению, нынешние горы Манырак и Сауыр на юго-востоке озера Зайсан в Восточно-Казахстанской области: В долине указанных гор под названием Шиликты в 2004 году археолог А. Т. Толеубаев обнаружил второго «Золотого человека».
22. Племя канлы обитало южнее нынешних гор Тарбагатай в Урджарском районе Восточно-Казахстанской области (см. карту №5 в книге «Шынгыз хан»).
23. Ардиш муран – по нашему мнению, старинное название реки Иртыш.
24. Велаят Кыргызов, судя по описаниям, приведенным в «Жамиг ат-тауарих», находился в районе Кузнецкого Алатау в нынешней Кемеровской области России, т. е. южнее места слияния реки Ангара с Енисеем.
25. Мугулстан – название территории, которая простиралась от берегов Иртыша в Южном Алтае до велаята Журшы, где проживали мугулские племена (см. карту Гийома Делиля в книге «Краткая история Шынгыз хана»).
26. Из этого текста очень четко видно, что границы орды Шынгыз хана начинались с правого берега реки Или, которая находилась недалеко от уйгурского велаята, на границе найманского велаята.
27. Только в 2024 году в Курчумском районе Восточно-Казахстанской области был построен мост через реку Иртыш.